Преподобномученик Вениамин, в миру Василий Васильевич Кононов, родился 4 января 1868 года в крестьянской семье — в деревне Евсевиевской, что в Шенкурском уезде Архангельской губернии. Учился он дома. Родители не раз ездили на Соловки и брали сына с собой — после каждой такой поездки решение посвятить жизнь Богу становилось у него твёрже.

В 1893 году, в двадцать пять лет, Василий пришёл в Соловецкий монастырь трудником, через четыре года стал послушником. Он вёл монастырскую хлебопекарню и расходную лавку, окончил шесть классов братского училища. В июне 1903 года настоятель архимандрит Иоанникий постриг его с именем Вениамин, в 1905 году последовало рукоположение во иеродиакона, в 1908-м — во иеромонаха; он нёс послушание при мощах преподобных Зосимы и Савватия и преподавал в училище. В 1910 году отца Вениамина назначили духовником обители, в 1912-м — настоятелем Антониева Сийского монастыря с возведением в сан архимандрита.

В 1917 году Соловецкий монастырь остался без настоятеля: многолетняя смута против архимандрита Иоанникия закончилась его увольнением на покой. На выборах нового настоятеля из двухсот сорока семи поданных записок двести тридцать восемь оказались за архимандрита Вениамина. Управление он начал с призыва к миру. Когда в декабре 1917 года в обители случился большой пожар, новый настоятель прямо сказал братии, что беда попущена за смуту и раздоры, и объявил, что обвинений против прежнего игумена больше принимать не будет.

Спокойствия хватило ненадолго. После декрета об отделении Церкви от государства имущество монастыря подлежало изъятию, и по распоряжению настоятеля наиболее чтимые святыни и богослужебные вещи были укрыты, а рядом с озёрами и каналами стали строить тайники для продовольствия. Ближайшим помощником отца Вениамина в этом был иеромонах Никифор (Кучин) — в миру Николай Иванович Кучин, бывший унтер-офицер, пришедший на Соловки в 1909 году. Летом 1920 года настоятель просил Кемский продовольственный комитет оставить обители годовой запас хлеба, иначе братии, писал он, не пережить зиму на суровом острове. Просьбу оставили без внимания. В конце 1920 года архимандрита Вениамина и иеромонаха Никифора арестовали и отправили на принудительные работы в Холмогоры.

Освободившись в 1922 году, они жили сначала на Соловецком подворье в Архангельске, затем у приютившего их фармацевта, но шумный город был им в тягость. Летом 1926 года монахи перебрались в Архангельскую глушь и своими руками поставили келью в лесу, в сорока верстах от ближайшей деревни, на высоком берегу Волкозера. Изба была крошечная, из монастырских вещей у них остались самовар, кофейник да настольные часы; жили огородом и рыбой, недостающее дважды в год привозил из Архангельска бывший соловецкий послушник Степан Антонов. Так прошло почти два года.

Ещё зимой к монахам напросился на ночлег человек, высмотревший обстановку кельи; весной 1928 года он вернулся не один — за монашеским добром. Вечером 17 апреля, во вторник Светлой седмицы, когда в избе только что закончилось пасхальное богослужение, оба монаха были убиты, а келья сожжена. Девятого июня Степан Антонов приехал навестить пустынников и нашёл одно пепелище. Убийц вскоре задержали и осудили; попытка оправдать преступление тем, что монахи-де вне закона, суд не убедила.

Преподобномучеников Вениамина и Никифора пишут вместе, в монашеском облачении с крестами в руках. Икону выбирают те, кому близка соловецкая память и кому нужен пример человека, оставшегося на своём месте до конца — сначала во главе большой обители, потом в лесной келье на двоих.