Священномученик Владимир Амбарцумов родился 20 сентября 1892 года в Саратове. Отец его, Амбарцум Егорович, был одним из тех, кто начинал в России обучение глухонемых детей; овдовев, он женился на Каролине Кноблох из лютеранской семьи, и младшего сына Владимира растили в лютеранской вере. После Московского Петропавловского училища юноша уехал учиться в Берлин.

Летом 1914 года, проснувшись однажды утром, он почувствовал, что ему нужно немедленно возвращаться в Россию, — и уехал на одном из последних поездов перед войной. В Москве он поступил на физико-математический факультет университета, вошёл в христианский студенческий кружок и перешёл в баптизм. Там же познакомился с Валентиной Алексеевой и в 1916 году женился на ней. Талантливый физик, он оставил науку и посвятил себя проповеди Евангелия среди молодёжи.

В годы Гражданской войны семья уехала из голодной Москвы в Самару; там Владимир Амбарцумович организовал около десяти христианских кружков. В 1920 году его впервые арестовали и через пять недель отпустили. В 1923 году от отравления умерла жена, оставив его с пятилетним сыном и годовалой дочерью. Когда в 1924 году движение запретили, многие руководители подчинились, а он решил продолжать работу нелегально и год за годом ходил по краю ареста.

В середине 1920-х годов его круг общения переменился: среди знакомых появилось много православных, а сильнее всего на него повлиял протоиерей Валентин Свенцицкий, который в 1925 году крестил его детей. В начале 1926 года, тридцати трёх лет, Владимир Амбарцумович принял православие. В конце 1927 года его рукоположили во диакона и во иерея, и вскоре он был назначен настоятелем московского Князе-Владимирского храма в Старосадском переулке. Заботился он прежде всего о молодёжи и подростках.

В 1929 году храм закрыли. Позже, исполняя предсмертную просьбу друга — священника Василия Надеждина, умершего в лагере, — отец Владимир принял его осиротевший приход у Соломенной Сторожки. Весной 1931 года, когда духовенству предложили определить своё отношение к церковно-политическим решениям того времени, он предпочёл выйти за штат и поступил на гражданскую службу инженером, продолжая служить тайно в домах духовных детей. Зарабатывал он хорошо и большую часть отдавал семьям сосланных и умерших в заключении священников, строго следя, чтобы помощь приходила вовремя; собственная семья жила только необходимым.

В ночь на 9 сентября 1937 года за ним пришли. На допросах он отказался называть чьи бы то ни было имена — прямо объяснив это моральными и религиозными причинами — и виновным себя не признал. 3 ноября тройка НКВД вынесла приговор. Расстреляли отца Владимира 5 ноября 1937 года; похоронен он в безвестной общей могиле бутовского полигона под Москвой. В этот день и совершается его память.