Блаженный Константин был митрополитом Киевским и всея Руси в XII веке — в пору, когда в Русской Церкви шла смута. Началась она в 1145 году, когда митрополит Михаил оставил кафедру и уехал в Константинополь, а в 1147-м митрополитом поставили Климента Смолятича — это сделали великий князь Изяслав Мстиславич вместе с собором русских епископов, без участия Константинопольского патриарха. Согласились с этим не все епископы, и Церковь раскололась.

В 1155 году Киев занял Юрий Долгорукий и взялся за церковные дела. По его почину прошли переговоры с Константинополем, и в январе 1156 года там был поставлен на Киевскую кафедру митрополит Константин, в том же году приехавший на Русь. Перед отъездом он успел поучаствовать в Константинопольском Соборе, обсуждавшем вопрос о Евхаристической Жертве.

Собор Русской Церкви в составе нового митрополита и епископов Косьмы Полоцкого и Мануила Смоленского принялся восстанавливать канонический порядок: священнодействия митрополита Климента были отвергнуты, а князь Изяслав Мстиславич подвергнут строгому соборному осуждению. Чтобы история не повторилась, Константин ставил на кафедры епископов-греков: в Суздаль вместо лишённого кафедры Нестора — Леона, в Чернигов — Антония, вероятно, греком был и Косьма, поставленный на новую кафедру в Галиче; в Переяславль-Залесский назначили Василия, а в Новгороде епископа Аркадия избрали на вече. Юрий Долгорукий считался с мнением митрополита и в государственных делах: так, блаженный Константин вместе с киевскими игуменами упросил князя не выдавать князя Ивана Берладника галицкому Ярославу.

В мае 1158 года Юрий Долгорукий умер, и в Киеве начались беспорядки и передел власти. Опасаясь мести Мстислава — сына того самого Изяслава, которого при нём предали анафеме, — митрополит удалился в Чернигов, где княжил друг покойного Юрия Святослав Ольгович, а епископом был грек Антоний. Там святитель внезапно заболел.

Предчувствуя кончину, он вручил епископу Антонию запечатанную грамоту, взяв с него клятвенное обещание исполнить написанное. Когда завещание вскрыли и прочли при князе, все ужаснулись: митрополит просил не погребать его тело, а привязать к ногам верёвки, вытащить из города и бросить на съедение псам. Антоний со слезами исполнил волю умершего, потому что был связан клятвой.

Дальше произошло то, что и сделало эту память особенной. Тело лежало три дня и три ночи невредимым: ни один зверь к нему не притронулся, а по ночам над ним стояли огненные столпы. Всё это время в Киеве и окрест бушевала буря, гремел гром, молнией убило нескольких клириков и мирян, — а в Чернигове ярко светило солнце. Устрашённый князь Святослав велел поднять тело святителя и с честью перенести в черниговский Спасо-Преображенский собор, где его и положили. Как только погребение совершилось, буря повсюду улеглась, а у мощей митрополита начались многочисленные исцеления.