Сорок мучеников Севастийских — дружина воинов-каппадокийцев, пострадавшая около 320 года. В 313 году святой Константин Великий издал указ, уравнявший христиан в правах с язычниками, но его соправитель Ликиний в своей части империи остался убеждённым язычником. Готовясь к войне с Константином и опасаясь измены в собственном войске, он решил очистить армию от христиан. В армянском городе Севастии стоял римский отряд под началом ревностного язычника Агриколая; сорок воинов этой дружины были христианами и не раз выходили победителями из сражений.

Когда они отказались принести жертву идолам, Агриколай запер их в темнице. Ночью воины услышали голос, обещавший спасение тому, кто вытерпит до конца. Наутро военачальник сменил тон: хвалил их молодость, силу и храбрость, сулил расположение самого императора — и услышал прежний отказ. Он приказал заковать их, но старший, Кирион, напомнил, что таких полномочий император ему не давал, и Агриколай отступил. Через неделю в город приехал сановник Лисий и устроил суд. Мучеников велено было побить камнями, однако камни летели мимо, а брошенный самим Лисием попал в лицо Агриколаю; преследователи поняли, что воинов ограждает невидимая сила.

Стояла зима. Раздетых воинов вывели на лёд озера у города и оставили под стражей на всю ночь, а на берегу нарочно натопили баню: отречение открывало путь к теплу. В первом часу ночи один не выдержал, добежал до бани и упал мёртвым у порога. Позже стало светло, лёд растаял, вода потеплела. Не спал только страж Аглаий; он увидел, что над головами мучеников загорелись венцы, насчитал их тридцать девять и понял, чего лишился беглец. Тогда Аглаий сбросил одежду, объявил себя христианином и вошёл в воду к остальным.

Утром мучителям пришлось увидеть живых исповедников и своего же стражника рядом с ними. Воинов вывели из воды и перебили им голени. Самый младший, Мелитон, ещё дышал, и его оставили на земле; мать сама подняла сына и понесла на плечах вслед за колесницей с телами, а когда он умер, положила его рядом с товарищами. Тела сожгли, обугленные кости бросили в воду. Через три дня мученики явились во сне епископу Севастийскому Петру и велели похоронить останки — он ночью собрал их и предал погребению.

Имена всех сорока сохранились. Среди них Кирион и Кандид, Исихий и Смарагд, Валент и Клавдий, юный Мелитон, а последним в этом ряду стоит тюремный страж Аглаий. Память сорока мучеников принадлежит к самым чтимым дням церковного года: ради неё смягчается строгость Великого поста и служится литургия Преждеосвященных Даров. Иконописцы держатся самого рассказа: на образе видно замёрзшее озеро, тесная группа воинов, венцы над их головами и натопленная баня на берегу.