Родился будущий священномученик 25 марта 1874 года в подмосковном селе Троицком, что в Звенигородском уезде, в семье священника Василия Смирнова. В 1897 году окончил Московскую духовную семинарию и был направлен учителем в школу села Бумерово. Там же женился на Надежде Алексеевне Уваровой.

В 1900 году его рукоположили во священника к Успенской церкви села Дерменцово Волоколамского уезда. Приход этот стал главным местом его жизни: здесь, с перерывом на ссылку, он прослужил до самого конца. В 1926 году за безупречное служение его возвели в сан протоиерея.

Осенью 1929 года до ОГПУ дошло донесение о проповеди, сказанной в день памяти пророка Илии. Проповедь была о покаянии: священник говорил, что беды приходят к народу за грехи и что покаявшимся Бог простит. Следователь истолковал эти слова как антисоветскую агитацию, и 19 октября отца Всеволода арестовали и заключили в московскую Бутырскую тюрьму. Он отвечал на допросах, что политикой не интересуется, разговоров на политические темы не ведёт, а в проповедях говорит о вере; из-за слабого здоровья живёт уединённо. Священник просил вызвать свидетелей, которые подтвердили бы его невиновность, но следователь никого вызывать не стал и передал дело на Особое совещание. 18 ноября 1929 года Особое совещание отправило его на три года в ссылку — в северное село Лешуконское Архангельской области.

Здоровьем отец Всеволод был слаб и в ссылке сильно болел. Освободили его в конце 1932 года. Прихожане Дерменцова добились, чтобы священника вернули к ним, и в январе 1933 года он снова получил назначение в свой храм, где прослужил до последнего ареста.

Его арестовали 10 октября 1937 года, обвинив в антисоветской агитации. Виновным он себя не признал и на требование следователя дать «правдивые показания» повторил то же самое ещё раз. Смертный приговор тройка НКВД вынесла 11 ноября, а 13 ноября 1937 года протоиерея Всеволода расстреляли и погребли в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой; в этот день совершается его память.

Новомучеников по иконописному обычаю пишут в священническом облачении, с наперсным крестом, с Евангелием или свитком в руке; лики восстанавливают по сохранившимся фотографиям, поэтому такие образы легко узнаются.