Николай Андреевич Кандауров родился 21 января 1880 года в станице Барсуковской на Кубани. Отец, Андрей Кандауров, был военным, дослужился до высоких офицерских чинов, имел два ордена за участие в сражениях, а выйдя в отставку, стал инспектором народного образования по Северо-Кавказскому округу. Со стороны матери, Анны Александровны, в роду было много священников. В 1898 году отца убили террористы; позже они сами признали, что убийство вышло случайным и бессмысленным, и приходили предложить вдове денег. Она отказалась и просила Бога их простить.

В те годы безбожная пропаганда шла в полный голос, и даже дети духовенства нередко отказывались от священного сана. Николай Андреевич решил наоборот. «Кому-то надо же быть священником», — сказал он матери. Он окончил Ставропольскую духовную семинарию в 1907 году, тогда же женился на Елене, дочери священника Иоанна Карагачева; у них родились три сына и три дочери.

Диаконом он стал осенью 1907 года — служил в Спасо-Преображенской церкви станицы Старощербиновской, а в 1911-м был рукоположен во священника к Казанской церкви станицы Ясенской и стал законоучителем в местном мужском училище. В 1919 году его назначили настоятелем храма в станице Воздвиженской, где шли бои гражданской войны. И красным, и белым он говорил одно: гражданская война — это самоубийство нации. Белые офицеры после таких проповедей подходили и просили их не повторять.

Когда начались гонения на Церковь, местные власти, уважавшие священника, не раз предупреждали его о готовящемся аресте и предлагали лошадей, чтобы уехать. Прихожане тоже уговаривали скрыться. Он остался. В 1930 году отца Николая арестовали и приговорили к двум годам исправительно-трудового лагеря; он работал на торфе, потом кладовщиком на Шатурской электростанции, а дома в это время умерла от голода жена. После освобождения ему дали приход в Белоруссии и возвели в сан протоиерея; голод был и там, и семью выручала глубоко верующая женщина, руководившая маслозаводом: она оставляла для детей священника бидон молока, за которым тем приходилось идти семь километров.

В 1935 году протоиерея Николая назначили настоятелем Введенского храма в селе Подлесная Слобода Луховицкого района. Приход был развален, храм собирались закрывать. Он заново собрал общину, храм отремонтировали и обновили на нём крест. Несмотря на больные ноги и порок сердца, священник пешком обходил свой большой приход, а на службы народу приходило столько, что храм не вмещал всех и люди стояли на улице. Тем, кто попадал в беду, он не отказывал никогда — случалось, приходил домой и говорил матери, что денег на еду сегодня нет, всё роздано больным.

Сестра, преподававшая пение, не раз говорила ему про исключительный слух и хорошо поставленный голос и уговаривала оставить служение ради театра: там будут и слава, и деньги. Он отвечал, что взял свой крест и донесёт до конца. Вечером 25 января 1938 года за ним пришли. Отца Николая держали в тюрьме в Коломне, потом в Москве; на допросе он не признал себя виновным в том, что ему вменяли. 2 февраля тройка НКВД вынесла приговор, и 17 февраля 1938 года протоиерей Николай Кандауров был расстрелян на полигоне Бутово под Москвой.