Будущий мученик появился на свет 9 августа 1868 года в подмосковном селе Нахабино Звенигородского уезда, в крестьянской семье Ивана Гусева. Он окончил сельскую школу и до женитьбы работал в отцовском хозяйстве, а потом завёл своё, большое: поставлял овёс и сено для постоялого двора.

Матвей Иванович ходил в Покровский храм своего села и состоял в церковном совете. Именно это членство при аресте в 1937 году и стало главным пунктом против него. Ещё раньше, в 1933 году, его арестовали за невыполнение сельскохозяйственного задания, имущество конфисковали, а самого приговорили к восьми годам заключения; после долгих хлопот приговор отменили как неправосудный, и через пятнадцать дней он вышел на свободу.

7 сентября 1937 года его арестовали снова и заключили в Таганскую тюрьму в Москве. Ему было к тому времени семьдесят лет; врач местной больницы, освидетельствовав арестованного, отметил почти полную потерю зрения и старческую дряхлость.

На допросах следователь возвращался к одним и тем же показаниям дежурного свидетеля. Матвей Иванович отвечал спокойно и коротко. Старостой он никогда не был, но в церковном совете состоял и назвал себя активным церковником. По делам этого совета он в 1937 году часто ходил к священнику и к церковной старосте, а разговоры со священником вёл, по его словам, чисто церковные. О закрытии храма он сказал только: «Церковь закрыли, значит, такое время пришло». Когда следователь в последний раз спросил, признаёт ли он себя виновным, ответ был прежним: виновным себя не признаю.

10 октября 1937 года тройка НКВД вынесла приговор: десять лет исправительно-трудового лагеря. Он умер в Сиблаге 18 января 1938 года, и могила его неизвестна.

Мучеников-мирян на иконах принято писать в обычной одежде своего времени, с крестом в руке. Это и делает такие образы особенными: на них смотрит человек, у которого не было ни сана, ни учёности, — только верность.