Отдельного жития мученика Евгения Мелитинского справочник не приводит: память его совершается 20 ноября вместе с мучеником Иероном и пострадавшими с ним в Мелитине, и на его страницу поставлено общее житие всей этой дружины. Поэтому и рассказывать здесь честнее всего именно о ней.

Иерон был родом из великой Каппадокии, из города Тианы, и вырос у благочестивой матери Стратоники. Правили тогда Диоклитиан и Максимиан, ревностные почитатели идолов. Узнав, что в Армении и Каппадокии христиане отказываются кланяться идолам, императоры послали туда двоих жестоких наместников: одного в Армению, другого — Лизия — в Каппадокию, велев казнить непокорных, а годных к службе мужчин записывать в войско.

Иерону донесли о наборе, и он идти отказался: считал, что христианину нельзя служить вместе с идолопоклонниками. Присланных за ним воинов он разогнал, схватив первое попавшееся дерево. Те вернулись большим числом; тогда он с восемнадцатью товарищами-христианами укрылся в пещере и отбивался оттуда. Взять его силой не смогли, и начальник послал его друга Кириака — тот уговорил Иерона миром и отвёл домой, к слепой матери-вдове, которая громко оплакивала сына как единственную опору старости. Простившись с ней, Иерон пошёл в Мелитину.

По дороге ночью ему явился некто в белых одеждах и сказал, что он идёт правым путём — подвизаться за Небесного Царя — и скоро отойдёт к Нему. В Мелитине Иерона заключили в темницу ещё с тридцатью тремя христианами. Там он уговаривал товарищей не приносить жертвы идолам, и все согласились: лучше умереть за Христа. На суде Лизий спросил, кто бил его посланных; Иерон ответил, что он, — и наместник велел отсечь ему руку, а остальных долго били. Один из узников, родственник Иерона Виктор, испугался будущих мук, подкупил писца, чтобы тот вычеркнул его имя из списка, и был ночью выпущен — но вскоре умер, потеряв и имущество, и жизнь, и мученический венец. Иерон горько его оплакал, а затем передал через родных завещание: часть имущества сестре, остальное матери, и туда же — отсечённую руку.

На пятый день Лизий снова уговаривал их и снова ничего не добился. Всех осудили на смерть; к месту казни мученики шли, распевая псалом, и там были обезглавлены. Голову Иерона наместник согласился отдать только за равное ей по весу золото; выкуп внёс богатый человек по имени Хризафий, а позже построил на месте казни церковь.

О самом Евгении в этом житии ничего отдельного не сказано — он один из тех «иных с ним», кого Церковь помнит поимённо, хотя подробности их жизни не сохранились. Мучеников на иконах принято писать в одеждах своего времени, с крестом в правой руке; всю мелитинскую дружину часто изображают общей группой, а имя каждого подписывают рядом с ликом. Икону святого Евгения берут как именную.