Священномученик Даниил Алферов родился в 1870 году в селе Тройня Бобровского уезда Воронежской губернии; отец его, Василий Алферов, был крестьянином. Даниил окончил духовную семинарию, был рукоположен во священника и уже при новой безбожной власти служил в храме села Никольского Гремяченского района Воронежской области. До революции он участвовал в народно-религиозных движениях — в том числе в Союзе русского народа, члены которого постоянно ходили крестными ходами.

Прославлен отец Даниил вместе со своим соседом по приходу, священником Александром Вислянским. Тот родился в том же 1870 году в семье псаломщика, окончил Воронежскую духовную семинарию, учительствовал, был рукоположен во диакона, а с 1897 года служил священником в селе Рогожино Задонского уезда. В двадцатые годы он служил в селе Семидесятное, мужественно сопротивлялся обновленцам и настороженно отнёсся к переговорам митрополита Сергия с советской властью: за богослужением он поминал только митрополита Петра (Полянского) и своего епископа Алексия (Буя).

В 1929 году власть взялась за крестьянское сословие, а вместе с крестьянами — за сельское духовенство. Священники были тогда единственными образованными людьми, которые шли рядом с деревней через всю её жизнь и делили с ней нужду. На рубеже 1929–1930 годов воронежское ОГПУ провело массовые аресты: за короткое время взяли сотни человек.

Обоих священников арестовали в начале февраля 1930 года, заключили в воронежскую тюрьму и сразу допросили. Отец Даниил ответил коротко: никаких связей, кроме служебных, у него нет, агитацией против власти он не занимался и о том, чтобы ею занимался кто-то другой, не слышал. Отец Александр рассказал следователю, что советовал прихожанам выполнять хлебозаготовки по силам, о конце света отвечал словами Евангелия, а о гонителях говорил, что врагов надо любить и за безбожников молиться; помощь от храма, по его словам, получал любой нуждающийся, и разбирать, кулак он или бедняк, церковь не бралась.

Следствие закончили в том же феврале. 5 марта 1930 года тройка ОГПУ вынесла приговоры: часть арестованных получила сроки, а двоих священников приговорили к расстрелу. Их расстреляли глухой ночью следующего дня, 6 марта 1930 года, и погребли в безвестной общей могиле в пригороде Воронежа.

Священномучеников из приходского духовенства принято писать в фелони и епитрахили, с наперсным крестом и Евангелием; в руке новомученика нередко изображают крест — знак того, как окончилась его земная жизнь.