Праздник вырос из одного ночного видения. В первой половине X века в Царьграде жил подвижник Андрей Юродивый, которому открывались духовные видения. Однажды он пришёл во Влахернский храм — туда, где хранилась риза Богоматери с Её омофором и частью пояса, — и остался на всенощную. С ним был юный Епифаний, впоследствии ставший Константинопольским патриархом с именем Полиевкта.

Служба тянулась долго. В четвёртом часу ночи Епифаний увидел Пресвятую Богородицу: Она шла от царских врат в славе, Её поддерживали Иоанн Креститель и апостол Иоанн Богослов, а Её саму окружало множество святых в белых сияющих одеждах, певших духовные гимны. «Видишь ли Госпожу и Царицу мира?» — спросил Андрей, проверяя, не искушение ли это. «Вижу и ужасаюсь», — ответил юноша. Богородица преклонила колени и долго молилась со слезами, потом ушла в алтарь и молилась там за народ, а выйдя, сняла с головы покрывало и распростёрла его над всеми, кто был в храме, — как бы покрывая их. Оба смотрели, пока видение не исчезло; после Андрей рассказал о нём людям, и рассказ сильно всех поразил.

В самой Греции праздник широко не разошёлся: в греческих святцах он даже не упоминается, и источник объясняет это смутами вокруг императорского и патриаршего престолов тех лет. А на Руси вышло наоборот. Покров не относится к двунадесятым праздникам, но в народном быту его чтут не меньше их. Есть целый уездный город Покров во Владимирской губернии; в одной Москве — Покровский монастырь, Покровская община сестёр милосердия и Покровский собор, который все знают как храм Василия Блаженного: Иван Грозный заложил его в память взятия Казани, потому что решающий приступ пришёлся как раз на день Покрова. По преданию, храм Покрова в Боголюбове близ Владимира поставил ещё князь Андрей Боголюбский, а в Новгороде в XII веке был Зверинский монастырь в честь Покрова.

Извод узнаваем. Обычно пишут амвон Влахернского храма: дьякон протягивает руку с орарем, произнося ектению, вокруг стоит народ, и среди него блаженный Андрей в рубище показывает Епифанию наверх. Там, в облаках, Богородица в окружении святых и ангелов держит на широко раскинутых руках Свой омофор — то самое покрывало, которым иудейские женщины покрывали голову и которое спускалось до ног.

Из русских икон Покрова источник называет самой известной Псково-Покровскую. Смысл образа прост и потому близок каждому: это не память о награде и не рассказ об исцелении, а картина заступничества — Матерь Божия молится за всех сразу и укрывает всех разом.