У названия «Древо жизни» два слоя. Первый — библейский. Древо жизни росло посреди рая, и, вкушая его плоды, первые люди оставались живы и бессмертны (Быт. 2:9). В книге Притчей с ним сравнивают премудрость, которая дороже всякого богатства, а в Откровении Иоанна Богослова оно снова растёт посреди небесного города. Святитель Андрей Кесарийский толковал этот апокалиптический образ так: Древо жизни — Сам Христос, а плоды, которые оно даёт верующим, — это Святые Дары, Тело и Кровь Христовы, принимаемые в храме.

Второй слой — иконописный. То, что иногда зовут «Спасом Древо Жизни», в православной иконописи известно под другим именем: «Спас Лоза Истинная». Встречаются и такие названия, как «Христос Виноградная Лоза» и «Христос Виноградарь». Извод пришёл к нам из греческой традиции, а основан он на словах Спасителя из пятнадцатой главы Евангелия от Иоанна: Он — истинная виноградная лоза, Отец — виноградарь, а ученики — ветви.

Узнать икону несложно. В середине — Христос Вседержитель, вокруг Него вьётся виноградная лоза, а среди её ветвей пишут апостолов; иногда рядом появляются Богородица и Иоанн Предтеча. Евангелие в руках Спасителя раскрыто на тех самых словах. Есть и другой вариант композиции: здесь лоза поднимается от Гроба Господня или от прободённого ребра Спасителя, гроздь ложится Ему в руки, и Христос выжимает вино в чашу: перед нами прямая отсылка к Евхаристии.

Символика здесь простая и глубокая. Лоза означает жизнь и бессмертие, вино соотносится с Кровью Христовой, голуби на ветвях — души, нашедшие покой во Христе. Христос — лоза, верующие — её ветви, и всё вместе это Церковь.

Образ вполне православный, канонических нарушений в нём нет, но у нас он встречается редко, а вот у греков распространён широко. Особого дня памяти в календаре Русской Церкви для него нет; не нашлось в церковных источниках и особой молитвы именно этому образу — молятся перед ним Самому Господу. И ещё одно: «Древо жизни» не следует путать с «Древом Иессеевым» — там другая иконография, изображающая родословие Христа.